Жданова Светлана Николаевна – доктор медицинских наук, старший научный сотрудник.
664003, г. Иркутск, ул. Тимирязева, д. 16.
Svetlana N. Zhdanova - Doctor of Medical Sciences, Senior Researcher.
16, Timiryazeva St., Irkutsk, 664003.
Огарков Олег Борисович – доктор медицинских наук, заведующий отделом эпидемиологии и микробиологии.
664003, г. Иркутск, ул. Тимирязева, д. 16.
Oleg B. Ogarkov - Doctor of Medical Sciences, Head of Epidemiology and Microbiology Department.
16, Timiryazeva St., Irkutsk, 664003.
Кошкина Ольга Геннадьевна – заместитель главного врача по амбулаторно-поликлинической работе.
664047, г. Иркутск, ул. Терешковой, д. 59.
Olga G. Koshkina – Deputy Head Doctoron Out-Patient and Polyclinic Activities.
59, Tereshkova St., Irkutsk, 664047.
Зоркальцева Елена Юльевна – доктор медицинских наук, профессор, заведующая кафедрой туберкулеза и инфекционных болезней
664049, г. Иркутск, м/р Юбилейный, д. 100.
Elena Yu. Zorkaltseva - Doctor of Medical Sciences, Professor, Head of Phthisiology and Infectious Diseases Department.
100, Yubileyny R.D., Irkutsk, 664049.
Моисеева Елена Яковлевна – заместитель главного врача по медицинской части.
664047, г. Иркутск, ул. Терешковой, д. 59.
Elena Ya. Moiseeva - Deputy Chief Physician for Medical Activities.
59, Tereshkova St., Irkutsk, 664047.
Хейселл К. Скотт – доктор медицинских наук, профессор, департамент инфекционных болезней и международного здравоохранения.Шарлотсвиль , Криспел Драйв, 345, 22908, Штат Вирджиния
Scott K. Heysell - MD, Professor, Division of Infectious Diseases and International Health.
345 Crispel Drive, Charlottesville, VA 22908, USA.
Цель исследования: обобщение опыта применения мобильной технологии для повышения приверженности к лечению пациентов с туберкулезом и ВИЧ-инфекцией (ТБ/ВИЧ-и), являющихся потребителями психоактивных веществ.
Материалы и методы. Использовано приложение для смартфонов: с ежедневными запросами пациентов о настроении, уровне стресса и приеме препаратов; периодическими напоминаниями о посещениях амбулаторного приема; анонимными чатами с врачом-координатором и другими пациентами. Результаты лечения оценены в 1-й (n = 54) и 2-й (n = 50) группах, где соответственно использовалась и не использовалась эта технология.
Результаты исследования. Количество излеченных от туберкулеза пациентов не имело значимых различий в 1-й и 2-й группах (32/51 против 27/48; χ2 = 0,61, p = 0,48). Пациенты 2-й группы значимо чаще умирали в течение периода наблюдения (14/48 против 3/51; χ2 = 7,86, p = 0,006) на фоне прерывания антиретровирусной терапии (АРВТ) или полного отказа от нее. Увеличение количества CD4 к 6-му мес. наблюдения обнаружено в обеих группах, наиболее выраженное среди начавших АРВТ (W = 6,0, p = 0,004 – в 1-й группе и W = 15,0, p = 0,004 – во 2-й группе). Общее число больных с вирусной супрессией в 1-й группе стало больше, чем во 2-й группе (34/47 против 20/39; χ2 = 4,05, p = 0,04).
Заключение. Используемое мобильное приложение пригодно для сопровождения амбулаторного этапа ведения больных с ТБ/ВИЧ-и, его прямое влияние отразилось только на формировании приверженности к АРВТ и снижении числа летальных исходов.
The objective of the study: to summarize experience of using a mobile technology to improve adherence in patients with tuberculosis and HIV infection (TB/HIV) who are psychoactive substance users.
Subjects and Methods. A smartphone app was used, it included daily patient inquiries about mood, stress levels, and medication intake; periodic reminders about outpatient appointments; and anonymous chats with the coordinating physician and other patients. Treatment results were evaluated in Group 1 (n = 54) and Group 2 (n = 50), where this technology was used and not used, respectively.
Results. The number of patients cured of tuberculosis was not significantly different between Groups 1 and 2 (32/51 vs. 27/48; χ2 = 0.61, p = 0.48). Patients from Group 2 died significantly more often during the follow-up period (14/48 vs. 3/51; χ2 = 7.86, p = 0.006) associated with antiretroviral therapy interruption or withdrawal. Increased CD4 count by 6 months of follow-up was found in both groups, most pronounced among those who started ART (W = 6.0, p = 0.004 – in Group 1 and W = 15.0, p = 0.004 – in Group 2). The total number of patients with viral suppression was greater in Group 1 than in Group 2 (34/47 vs. 20/39; χ2 = 4.05, p = 0.04).
Conclusion. The mobile app used is suitable for supporting the outpatient management of patients with TB/HIV coinfection but its direct impact was reflected only in the formation of ART adherence and lower number of deaths.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.